И снова привет, дорогой терпеливый читатель. Я не пропала и не вышла из окна (хотя иногда хочется, честно говоря) и со мной, в общем, происходят не только выматывающие, но и приемлемые вещи, но вести дневник невероятно сложно. Наверное, потому что хорошее не настолько масштабное, чтобы им делиться, а о том, что болит, рассказать тоже не могу, потому что очень больно. Невероятно, правда? Похожее состояние как-то очень удачно зафиксировал Булгаков в своём дневнике: "Писать ничего и ни о чем не могу, пока не развяжу свой душевный узел". Вот и я никак не могу развязать свой. В остальном же всё банально и рутинно -- я заканчиваю учебный семестр (да, я опять препод, только на этот раз не в вузе, а в колледже). С новым местом работы складывается, ученики толковые, коллеги замечательные и очень лестно отзываются обо мне и моих занятиях, но глубокого внутреннего удовлетворения я от этого, как водится, не ощущаю. Дрозды поют, на грядках поспевает земляника, а отдыхающие устремляются на причёсанный и заново оборудованный к лету пляж. Думаю, что скоро и я соблазнюсь упругой бирюзовой водичкой и отправлюсь плавать и прогревать свои члены под южным солнцем... но на свой внутренний курс я по-прежнему не легла и всё ещё не знаю, что я, кто я, зачем я здесь и что буду делать дальше. С момента переезда я списывала это состояние на радикальную смену места и связанную с ней потерю дорогих для меня вещей и людей, но сейчас мне кажется, что так было бы даже если бы я осталась. (Неужели это кризис среднего возраста?..)

В любом случае, я живу, я хожу, я что-то делаю, но связно и развёрнуто ответить на вопрос "как дела?" мне по-прежнему нечего. Но спасибо тебе, знакомый и незнакомый читатель за этот молчаливый вопрос, воплощённый в статистике посещений блога. Кто знает -- может быть, в нём ещё будет что почитать.

И снова здравствуй, дорогой дневник. Являюсь раз в месяц, но чаще пока нет смысла, ибо писать на данном этапе совершенно нечего. Раньше, когда у меня случались периоды без интенсивных событий вовне, я обращалась внутрь себя и рассуждала о чём-то, что занимало мои мысли, но сейчас нет даже этой интроспекции. Наверное, я переживаю нечто похожее на настоящую депрессию: у меня нет сил проявляться, учиться чему-то новому, заниматься творчеством и наукой. Нет сил даже читать. Тревоги последних нескольких месяцев выбили меня из и без того шаткого равновесия, и теперь я впала в состояние тупой стагнации. А самое главное и самое печальное, я никак не могу отыскать смысл во всей этой глупой игре. И я всё время думаю, что великие люди переживали сложные испытания ради великой цели -- оставить после себя нечто ценное для науки или искусства, воплотить великие идеи, перекроить мир, влиять на мировоззрение многих последователей... На фоне этого испытания оправданы -- закономерное мученичество ради миссии в веках. А когда ты самый обычный заурядный человек, трудности выглядят нелепо. Получается, что мне нужно собрать все свои оставшиеся силы и напрячь волю просто ради того, чтобы сохранить и вытащить себя. Просто себя, вот такого заурядного человечка. Тогда соотношение усилий и результата выглядит нелепым и дисгармоничным. Но если бы я знала, что моё существование всё же весомо, что бы я сделала в первую очередь?.. 

Человек – материал для жизни, и есть люди совершенно потрясающей пластичности, из которых лепятся красивые судьбы. Они меняют профессии и преуспевают в каждой. Уезжают и приживаются в новых местах. Строят отношения. Делают то, что по душе.

И есть я.

Иногда я думаю, что всё неправильно и я запорола всё, что можно было запороть в этой жизни. Я жила и всегда считала, что жила плохо (в смысле, была плохим исполнителем жизни) и неумело. Но сейчас я столкнула всё прошлое в пропасть и то, что получается у меня сейчас, ещё хуже по качеству – ещё более кривая халтура, чем была до этого.

Скучаю ли я по сброшенному в пропасть? О, нет. Уж это-то было сделано вовремя и в соответствии с замыслом. Всё было сделано вовремя и в соответствии с замыслом, но всё же я думаю, что я оказалась дрянным материалом и мне не хватает пластичности.

Была некоторая устоявшаяся версия меня, привязанная к определённому укладу. К тому, что литераторы-романтики назвали бы мещанством, а Герман Гессе удачно описал в романе «Степной волк» в пассаже про араукарию на лестничной клетке. Вот по этому укладу, по «араукарии», по своим мыслям и состояниям, отлитым в плотную материю постоянства, я скучаю.

Вещи, незначительные настолько, что казалось, они никогда никуда не денутся, а если и денутся, то я это никак не почувствую. Кто же знал. Сейчас эта тоска ещё не разлилась в полной мере, потому что я ещё не «пришла в сознание» после слома, но потом начнутся фантомные боли, силу которых мне ещё предстоит узнать.

Мой ум ослепляют тысячи мучительных вспышек устремлений, ожиданий, порывов, но потом меня как будто окунают в холодную воду. И я трескаюсь, как застывающая магма.

И я думаю – если меня так легко разрушить, может там никогда и не было ничего ценного, стоящего? Ничего, что могло бы выдержать перепады и перемены?

А раз так, то какая глупость, какая безделица эта тоска по отбракованному голему прошлого. Почему бы не потратить себя на настоящее, пусть оно будет слеплено столь же хуёво? Почему бы не тратить свой материал? Истории всё равно, что было сделано – прозаический черепок от амфоры для масла и кусочек крыла Ники Самофракийской есть одна и та же земная пыль.

Но жизнь больше всего этого. Больше болей, чаяний, радостей, побед и плохо сделанных слепков с матриц судьбы. Шезлонг на вилле у озера Комо и койка в застенках НКВД одинаково незначительны перед потоком жизни. Всё та же, всё та же земная пыль. И жизнь больше этого. Пока мои глаза не закроются и моё сердце не остановится, она будет больше. В этом её сила – и трагедия.

Я – плохой материал и столь же плохой мастер, но приходится тратить эту глину бытия, всё время что-то лепить из неё. И что бы ни слепил – всё будет принято и поглощено жизнью. Но что ж я так тоскую по своим колченогим шедеврам «раннего периода» ?..

 Пока мои дни пусты и прозрачны, как зимнее побережье, я думаю… о любви. Раньше я много рефлексировала о чувствах, препарировала каждый сердечный спазм, потом на первое место вышла самореализация, потом грянули планетарные трансформации. Теперь трансформации стали нормой жизни, самореализация сбросилась до заводских настроек, а я вновь думаю о любви. Не вселенской – об этой-то я думаю всегда – а тем, что происходит между мужчиной и женщиной. Между мной и мужчинами, которые приходили в мою жизнь, если уж сузить фокус.

Ко мне приходили хорошие мужчины. Кроме одного. Но даже ему я тоже благодарна – за яркую демонстрацию теневых сторон. Ко мне приходили хорошие мужчины, но во всех своих отношениях я испытывала нехватку. Мне в память врезался эпизод из «Анны Карениной», где Анна говорит Вронскому, что до отношений с ним она как бы чувствовала себя голодной, а теперь её накормили. Не помню этот фрагмент дословно, но суть ясна. Так вот, я во всех своих отношениях всегда ощущала голод. Каждый раз это проявлялось по-разному – с кем-то не хватало времени вместе, с кем-то тактильного контакта, с кем-то духовного понимания…  Это не была вина моих партнёров, просто так складывалось. Но думаю, что все эти проявления дефицита можно сформулировать одной короткой фразой – мне всегда хочется полного слияния, а я его не получаю. 

Я никогда раньше не анализировала этот аспект в себе и считала себя достаточно независимой в отношениях, но теперь понимаю, что мне нужно это – быть вместе 24/7 (речь, конечно, о ментальной сонастройке), всегда делиться планами и мыслями, непрерывно изучать миры друг друга. И ощущение, что ты просыпаешься рядом с любимым человеком, и вам не нужно никуда спешить, разъезжаться и расходиться, в том числе и в мировоззрениях. Что ты так проснёшься завтра и послезавтра, и ещё много дней. Рутина взаимопрорастания, от которой иногда сбегают в отношения на стороне. Рутина, которую я боялась почти всю жизнь, не думая, что она нужна мне как воздух. 

У меня есть предположение, что мне просто не дано испытывать насыщение человеком на всех уровнях, потому что это сбило бы меня с какой-то другой важной цели, для которой я создана. Я верю в высшие силы и – это небольшой оффтоп – не единожды помышляв о самоубийстве, каждый раз ловила чёткое осознание, что даже если я и попытаюсь, мне не дадут. Так вот, и здесь примерно так же – если я задамся целью построить отношения, в которых мне будет всего хватать, мне этого никогда не позволят. А во имя чего эта вечная нехватка, я даже и предположить не могу.

Может быть, это всего лишь очередной виток моей дисгармонии. И кто знает, если бы я получила отношения с полным насыщением друг другом, я бы взвыла куда раньше партнёра и сбежала и отстранилась. Но это чувство нехватки отчётливо, и оно не перебивается концентрацией на себе и своих интересах – слава Богу, они у меня есть, и я никогда не строила свою личность за счёт мужчин. И всё же я продолжаю голодать.